Как воспитать не мальчика, но мужа?

   Причем трудовое воспитание мальчиков считалось обязанностью отца или других взрослых мужчин семьи. «Наблюдатели единодушно подтверждают вывод об исключительной роли отца и вообще старших в семье мужчин в воспитании сыновей», — писал исследователь русского крестьянского быта, историк Миненко. Лишь в самом крайнем случае, когда мужчин рядом не было, роль воспитателя-мужчины доставалась женщине.        

   Однако в XX веке все изменилось, и воспитание детей чем дальше, тем больше становится сугубо женским занятием. В детском саду «усатого няня» можно встретить разве что только в кино. Да и в школу мужчины не рвутся. Сколько их туда ни призывали, а все равно практически в любой учителей на порядок меньше, чем учительниц. В такой ситуации основная нагрузка падает на семью, но ведь и в семье далеко не у всех детей есть перед глазами пример мужчины! Число мам, которые воспитывают детей без мужа растет. Равно как и число однодетных семей. Безо всякого преувеличения можно сказать, что миллионы современных мальчиков лишены серьезного мужского влияния в важнейший период своего развития, когда у них закладываются стереотипы полоролевого поведения. И в результате усваивают женские установки, женские взгляды на жизнь.              

 О достоинствах       

   На наших психологических занятиях мы даем ребятам маленький тест: просим нарисовать лесенку из десяти ступенек и написать на каждой ступеньке какое-то качество хорошего человека. Вверху — самое важное, внизу — самое, на их взгляд, несущественное. Результат впечатляет. Нередко мальчики-подростки указывают среди наиважнейших черт хорошего человека... прилежность, усидчивость, аккуратность. Только что умение вышивать гладью не называют! А вот смелость если и присутствует, то на одной из последних ступенек. Причем матери, которые сами же культивируют в сыновьях такие представления о жизни, потом жалуются на их безынициативность, неумение дать отпор обидчику, нежелание преодолевать трудности. Хотя откуда тут взяться желанию их преодолевать? Что ежечасно, если не ежеминутно, слышат сыновья во многих семьях? «Туда не ходи — опасно, то не делай — поранишься...» О какой инициативе можно говорить при таком воспитании? Конечно, страх матерей понятен. Сын у них единственный (а гиперопекой страдают чаще всего именно однодетные семьи), и мамы боятся, как бы с мальчиком не случилось чего-нибудь плохого. Поэтому, рассуждают они, лучше перестраховаться. Но подобный подход гуманен лишь на первый взгляд. Вы спросите почему? Да потому, что на самом деле за ним таятся эгоистические соображения. Греша гиперопекой, мамы и бабушки воспитывают ребенка ДЛЯ СЕБЯ, воспитывают таким, КАКОЙ ИМ УДОБЕН. И не задумываются серьезно о последствиях. Хотя следует. Ведь даже с эгоистической точки зрения это недальновидно. Заглушая в ребенке мужественность, женщины искажают мужскую природу, а столь грубое насилие не может пройти безнаказанно. И это обязательно рикошетом ударит по родным.                

Школа мужества        

   Если всерьез думать о будущем сына, то не следует оберегать каждый его шаг. Хотя, конечно, меру риска каждый родитель определяет сам. Одна моя знакомая, поистине железная женщина, воспитывает своих сыновей по образцу древних спартанцев. Двухлетний малыш топает рядом с ней на гору под палящим солнцем. А до вершины немного-немало полтора километра! И ходить за тридевять земель купаться вдвоем со старшим братом, которому самому-то еще только-только, как у Некрасова, «шестой миновал»... Мне даже слушать об этом страшно, а она считает, что иначе воспитывать сыновей просто нельзя. Но думаю, большинству мам такой подход не по душе. Лучше предпочесть золотую середину. Для начала сделайте вылазку на детскую площадку и понаблюдайте за детьми, гуляющими там под присмотром отцов.  Обратите внимание, насколько спокойней относятся папы к падениям своих малышей. Они не отваживают сыновей от опасного места, а помогают им преодолевать трудности. И подбадривают, вместо того чтобы остановить, одернуть. Это и есть мужской тип реагирования, которого не хватает в воспитании нынешних мальчишек.        

   Вообще, отцам обычно легче управляться с сыновьями, чем матерям. Это факт. Но объяснения ему даются разные. Чаще всего жены говорят, что их мужья реже видят детей, реже сталкиваются с ними в быту, и у сыновей на них «меньше аллергии». Но я убеждена, что тут дело в другом. Если у ребенка нормальные отношения с матерью, так он только рад, когда она побольше бывает дома. И никакой «аллергии» у него на нее нет! А вот когда взаимопонимание отсутствует, когда банальная чистка зубов перерастает в ПРОБЛЕМУ, тогда... Сами понимаете. А отцы они просто сами были мальчишками и не окончательно позабыли свое детство. Например, они помнят, как унизительно, когда ты боишься дать сдачи. Или когда тебе, будто несмышленышу, диктуют, какую шапку надеть, какой шарф повязать. Поэтому понаблюдайте, в чем они уступают сыновьям, а в чем, наоборот, тверды как кремень. И постарайтесь оценить это объективно, без затаенных обид. Ведь мужчины нередко оказываются правы, обвиняя жен в том, что они разбаловали сыновей, а потом сами от этого плачут.        

  Разумеется, в разном возрасте воспитание мужественности проходит по-разному. В совсем еще маленьком двухлетнем ребенке можно и нужно поощрять выносливость. Но только не так, как пытаются сделать взрослые, выговаривая упавшему малышу: «Что ты ревешь? Тебе ведь не больно! Будь мужчиной!» Подобное «воспитание» приводит к тому, что лет в 5—6 малец, которому надоели унижения, заявляет: «А я не мужчина! Отстаньте от меня». Лучше исходить из «презумпции невиновности»: раз он плачет, значит, ему надо, чтобы его пожалели. Ударился он или испугался — неважно. Главное, что малышу нужна психологическая поддержка родителей, и отказывать в ней жестоко. А вот когда он ударится и НЕ заплачет, это стоит отметить и похвалить сына, сделав упор именно на его мужественность: «Молодец! Вот что значит настоящий парень. Другой бы заплакал, а ты стерпел». Вообще почаще произносите слово «мальчик» с эпитетами «смелый» и «выносливый». Ведь малыши, как правило, слышат в этом возрасте, что «хороший» — это послушный. А в раннем детстве многие слуховые и зрительные образы запечатлеваются на уровне подсознания. 

   Трех-четырехгодовалому ребенку стоит покупать побольше «мужских» игрушек. Не только пистолеты и машинки. Сыновей полезно знакомить с мужскими профессиями. Помимо всего прочего, это отвлечет ребенка от компьютера, от бесчисленных виртуальных убийств, которые порождают в детской душе лишь страхи и ожесточенность. Очень хорошо сочетать рассказы с ролевыми играми, покупая или мастеря для них разную атрибутику: каски пожарников, штурвал корабля, милицейский жезл... Лучше, чтобы эти игрушки были не очень яркими. Пестрота — это для девчонок. Выбирайте спокойные, сдержанные, мужественные тона, ведь внушение идет не только на уровне слов, но и на уровне цвета.      

   Пяти-шестилетние мальчики обычно проявляют интерес к столярно-слесарным инструментам. Не бойтесь давать им в руки молоток или перочинный ножик. Пусть учатся забивать гвозди, строгать, пилить. Под присмотром взрослых, конечно, но все же самостоятельно. Чем раньше мальчик начнет помогать кому-нибудь из взрослых мужчин, тем лучше. Даже если помощь его чисто символическая. Скажем, вовремя протянуть папе отвертку тоже очень важно. Это возвышает мальчишку в собственных глазах, позволяет ему почувствовать свою причастность к «настоящему делу». Ну а папы, конечно, не должны раздражаться, если сын что-то делает не так, как надо.  И уж тем более недопустимо кричать: «У тебя руки не из того места растут!» Таким образом можно добиться лишь того, что у сына пропадет всяческая охота помогать.        

   Уже в старшем дошкольном возрасте мальчиков следует ориентировать на рыцарское отношение к девочкам. В том же самом садике ребята настолько привыкли пропускать девочек вперед, что однажды, когда воспитательница забыла об этом правиле, у двери образовался затор: мальчики не хотели проходить раньше девочек. Мы на занятиях в нашем психологическом театре тоже хвалим мальчишек за благородство, когда они соглашаются, чтобы девочки выступили первыми. И видим, как благотворно это сказывается на их самооценке и на взаимоотношениях в группе.  А с какой готовностью мальчишки, даже четырехлетняя мелюзга, бросаются перетаскивать стулья! Как они счастливы, когда их называют силачами! Еще бы, ведь публичное признание мужественности дорогого стоит...                

Где живет герой?        

   Говоря о воспитании мужественности, нельзя обойти стороной вопрос о героизме. Что поделать? Так уж повелось, что воспитание мальчиков в России всегда было не просто мужественным, но по-настоящему героическим. И потому, что нам часто приходилось воевать. И потому, что выжить в столь суровом климате, как наш, могли только очень выносливые, стойкие люди. Теме подвига отдали дань практически все русские писатели. Можно сказать, это одна из ведущих тем отечественной литературы. Помните, как много значили для современников Пушкина герои войны 1812 года? А какую славу снискал молодой Толстой своими рассказами о героической обороне Севастополя! В русском языке даже существует слово, аналогов которому нет во многих других языках. Это слово «подвижничество» — подвиг как образ жизни, жизнь, тождественная подвигу.        

   Из поколения в поколение передавалась память о героизме наших предков. И каждое поколение оставляло в истории свой героический след. Менялись времена, какие-то страницы прошлого переписывались заново, но общая установка на героизм оставалась неизменной. Ярчайший тому пример — усиленная «ковка» новых героев после революции. Сколько стихов было о них сложено, сколько фильмов снято! Герои и героические культы создавались, насаждались, поддерживались.

   Для чего это было нужно? Во-первых, знакомство детей с подвигами предков вызывало у них невольное уважение к старшим. А это существенно облегчало задачу воспитателей, ведь основа педагогики — авторитет взрослых. Можно оборудовать классы новейшими компьютерами, можно разработать высоконаучные, эффективные методики. Но если ученики ни в грош не ставят учителей, толку все равно не будет. В чем за последние годы, увы, смогли убедиться многие родители. А во-вторых, невозможно вырастить нормального мужчину, если не демонстрировать ему в детстве и подростковом возрас-те романтических образцов героизма. Посмотрите на малышей лет пяти-шести. Как у них загораются глаза при слове «подвиг»! Как они счастливы, если их назовут смельчаками. Казалось бы, откуда в них это? Ведь сейчас героизм не в почете. Сегодня гораздо чаще можно услышать, что рисковать собой во имя высоких идеалов по меньшей мере неразумно. Но в том-то и дело, что в подобные мгновения включаются механизмы бессознательного. В душе каждого мальчика живет смутный образ настоящего мужчины. Это заложено самой природой, и для нормального развития мальчишкам необходимо, чтобы этот образ постепенно становился реальностью, находя свое воплощение в конкретных людях. Причем очень важно, чтобы герои были своими, легкоузнаваемыми, близкими. Тогда мальчишкам легче соотнести их с собой, легче на них равняться. И вот, пожалуй, впервые в русской истории подрастает поколение, которое почти не знает героев прошлого и совершенно не имеет понятия о героях современности. Не потому, что их нет в природе. Просто взрослые вдруг решили, что героика устарела. И попробовали было обойтись без нее. Теперь мы пожинаем первые плоды, и хотя урожай еще не совсем поспел, нам уже есть над чем призадуматься. 

   Но с другой стороны, юношеская тяга к романтике неистребима. Это обязательный этап становления личности. Если он не пройден, человек не может развиваться нормально. Причем в первую очередь, как ни странно, это сказывается на интеллектуальном развитии, которое резко затормаживается. Так что, отринув настоящий героизм, многие подростки все равно ищут его. Но находят лишь суррогаты, о чем неопровержимо свидетельствует рост подростковой преступности. Очень характерно, что ребята, отрицавшие в анкетах нужность героизма, с одной стороны, панически боялись «крутых», а с другой, подражали одноклеточным героям американских боевиков. И называли среди героических черт характера жестокость, непримиримость к врагу и готовность пойти на все ради достижения своей цели. Вот и представьте себе, какие мужчины будут нас окружать, если так продолжится еще с десяток лет. Иногда — правда, довольно редко — приходится слышать: «Ну и что? Пусть будет каким угодно. Лишь бы остался жив». Но мужчина обязательно должен себя уважать, иначе ему жизнь не мила. Он без многого может прожить, а без уважения — нет. А о каком самоуважении может идти речь, если мужчина будет не в состоянии защитить свою семью и свою страну? Если любой бандит, умеющий стрелять, сможет диктовать ему условия, а девушки будут презрительно называть его трусом?        

   «Целомудрие, честность и милосердие без мужества — добродетели с оговорками», — сказал американский писатель Кэррол Льюис. И с этим трудно не согласиться.                

Эффект подсолнуха        

   «Ну, хорошо — скажет кто-нибудь. — Я согласен, мальчик должен уметь постоять за себя. Пусть будет смелым, но в меру. А геройство зачем?» Но человек так устроен, что его развитие невозможно без стремления к идеалу. Как подсолнух тянется головкой к солнцу и сникает в пасмурную погоду, так и человек находит в себе больше сил для преодоления трудностей, когда перед ним стоит высокая цель. Идеал, конечно, не всегда достижим, но, стремясь к нему, человек становится лучше. А если планку занизить, то и стремления преодолеть себя не возникнет. Зачем напрягаться, когда, в общем-то, я и так у цели? Когда и так сойдет? Что, например, случится, если ребенка в первом классе не нацеливать на идеал чистописания — каллиграфическое письмо? Если позволять ему писать тяп-ляп, особенно не стараясь? Собственно говоря, результаты мы видим на каждом шагу, ведь во многих школах именно так и поступили, решив, что нечего тратить полгода на освоение прописей, а лучше быстренько обучить детей безотрывному письму. В результате школьники в массе своей пишут как курица лапой. В отличие от их бабушек и дедушек, которые даже после простой сельской школы имели вполне сносный почерк.        

   Точно такая же история происходит и с воспитанием смелости. Стать героем дано далеко не каждому. Но, изначально занижая планку, а то и дискредитируя героизм в глазах ребенка, мы вырастим труса, который не сможет постоять ни за себя, ни за своих близких. Да еще будет подводить под свою трусость идеологическую базу: дескать, зачем сопротивляться злу, когда оно все равно необоримо? И наоборот, если «назначить» трусишку героем, он постепенно начнет подтягиваться, дабы оправдать это высокое звание. Примеров можно привести множество, но ограничусь всего одним.        

   Одним из основных источников передачи традиций в России до сих пор остаются книги. Даже сейчас, когда дети стали меньше читать. Поэтому любое воспитание, в том числе и воспитание мужества, очень важно производить на основе интересных, талантливо написанных книг. Героической литературы море, всю не перечесть. Я назову лишь некоторые произведения. Мальчикам дошкольного и младшего школьного возраста наверняка понравятся «Приключения Эмиля из Ленниберге» А. Линдгрен, «Хроники Нарнии» К. Льюиса, «Ветер в ивах» К. Грэма. Имена же советских писателей: Олеши, Катаева, Гайдара, Рыбакова, Кассиля и др. и так у всех на слуху. Так у Л. Пантелеева есть целый цикл рассказов о подвигах. Да и русские классики сполна отдали дань теме смелости и мужского благородства. Кроме того, вся наша (и не только наша!) история изобилует примерами героизма. Причем примеры можно подобрать на любой вкус. Это и жития святых, и биографии великих полководцев, и истории обычных мирных жителей, волею судеб вдруг вставших перед необходимостью защитить свою родину от посягательств врагов. Так что материал, на котором можно воспитывать мальчишек настоящими мужчинами, есть. Было бы желание.

Автор статьи:

Шишова Татьяна, психолог

Журнал "Няня", 2002 год № 4